Первый вице-премьер России Игорь Шувалов рассказал о выполнении стратегической задачи по комплексному развитию моногородов

01.03.2017

«Правительственный час» в Совете Федерации был посвящён моногородам. О том, как выполняется приоритетная, в числе 11 стратегических, программа по их комплексному развитию, рассказал Игорь Шувалов, первый вице-премьер России.

Обучение дорого, но оно того стоит

В январе 2017 года Счётная палата обнародовала результаты проверки, насколько эффективно были использованы средства федерального бюджета, в 2014-2016 годах направленные в некоммерческую организацию «Фонд развития моногородов» (ФРМ), которая с 2014 года реализует программу поддержки и развития таких поселений, полностью зависящих от единственного крупного предприятия. По итогам проверки Счётная палата пришла к выводу, что бюджетные средства, выделенные ФРМ, «значительно превышали реальные потребности».

Очевидно, такие оценки сыграли не последнюю роль в формировании повестки «правительственного часа». Во всяком случае, Игорь Шувалов неоднократно возвращался в форме заочной полемики к фактам, установленным Счётной палатой, а в итоге констатировал, что «есть некоторая несогласованность и непонимание Счётной палатой процессов, которыми мы занимаемся».

Что же, по словам Шувалова, является главным в деятельности ФРМ? Формирование новой экономики в этих проблемных образованиях, при которых основное направление не обязательно должно определяться необходимостью обновлять или реанимировать старые действующие монопроизводства, вокруг которых сформировался город.

Проблему эту не стоит связывать с советской структурой экономики, в которой моногорода, как правило, были связаны с оборонными или горнодобывающими отраслями: во многих странах мира были или есть сходные ситуации, когда большие или малые агломерации концентрируются вокруг одного промышленного гиганта. А со сменой технологического уклада его продукция остаётся невостребованной и государство вынуждено решать проблемы жителей, оставшихся без средств к существованию.

Примеры есть и в самой развитой стране мира — США, где появились феномены новейшего времени — города-банкроты, например Детройт, некогда гордость и флагман мирового автомобилестроения, не выдержавшего конкуренции с японо-корейскими производителями. С такими же проблемами, кстати, столкнулся и Тольятти — лидер российского легкового автомобилестроения. Но печального финала «по-американски» удалось избежать: помогла российская политика по моногородам и те самые новые подходы, о которых говорил первый вице-премьер.

Но искусство управлять моногородом, выводя его из кризиса, дорогого стоит: необходимо, с одной стороны, не дать окончательно утонуть прежнему единственному крупному производству, а с другой — занять десятки тысяч людей, оставшихся без работы, чтобы разрядить ситуацию острой социальной напряжённости. Традиционными методами, учитывая не очень обильные государственные ресурсы, этого не сделать. Именно поэтому, как подчеркнул Шувалов, и организовано, может быть, и не дешёвое (свыше 800 тысяч рублей на человека в год по данным СП. — Ред.), но эффективное обучение на базе научно-инновационного центра в Сколково и РАНХиГС. 

В учебную группу проблемного моногорода — а их всего 319 из 61 субъекта Федерации, в том числе около 100 — в «красной зоне» — входят, как правило, вице-губернатор, мэр, представители или собственники градообразующего предприятия и базовые инвесторы. Обучаются они в том числе таким новым управленческим дисциплинам, как умению организовать краудсорсинг или в какой форме использовать возможности Интернета с тем, чтобы не только объединить людей вокруг решения городских проблем, но и помочь им поверить в управленческую команду города и её способности найти выход из кризиса.

Почти по Ленину

После таких разъяснений стало ясно, в чём заключается своеобразие программы развития моногородов: никакое благоустройство, никакой средний и малый бизнес на основе новой экономики невозможен без инициативы самих граждан.

Необходима «энергия масс», как, почти по Ленину, выразился Шувалов, и связанные с ней методы управления, которым обучают городских менеджеров и региональных руководителей, как, почти по Ленину, выразился Шувалов. И привёл пример: действующая волонтёрская программа «5 шагов к обустройству моногорода», которая предполагает вполне конкретные действия самих горожан — организацию пунктов питания на пересечении городских маршрутов общественного транспорта. Или использование городских библиотек в качестве досуговых молодёжных центров нового типа.

Разумеется, все эти факты и инициативы отнюдь не исключают необходимости при возможности финансировать из госбюджета те или иные проекты малого или среднего бизнеса, равно, как и помощи монопредприятиям, если есть рыночный запрос на их продукцию. Но здесь необходимо шире использовать возможности отраслевых программ, на которые, как подчеркнул первый вице-премьер, отпущены громадные бюджетные средства.

Конечно, в получасовом выступлении невозможно рассказать о всех аспектах масштабной программы по возрождению моногородов. Будь чуть больше времени — и Игорь Шувалов, вероятно, проанализировал бы, почему, как утверждают в Счётной палате, из шестнадцати соглашений ФРМ по софинансированию расходов на строительство и реконструкцию объектов инфраструктуры выполнено лишь три, а миллиардные остатки неизрасходованных субсидий направляли на депозиты ВЭБа под 8,75-10,75 процента, что принесло Фонду безо всяких усилий около 260 миллионов рублей дохода.

Возможно, более подробное обсуждение проблем моногородов и деятельности Фонда состоится в конце марта на посвящённых этому вопросу слушаниях комитета верхней палаты по федеративному устройству и региональной политике. А пока Валентина Матвиенко призвала сенаторов посетить в ходе «региональной недели» моногорода с тем, чтобы организовать плотное взаимодействие и с Правительством, и с Фондом развития моногородов. Цель — «хорошее самочувствие, несмотря на многие проблемы, людей, проживающих в моногородах».